Zu

Математический джазовый хардкор при участии Майка Паттона

Фамилия барабанщика переводится на русский как «сражение» — и она, в общем, дает представление о том, как эти люди играют. Zu — это римляне, ­успевшие к настоящему моменту переиграть с доброй половиной основных клиентов журнала The Wire (главного бастиона музыкального маргиналитета): Нобукадзу Такемура, Петером Бретцманном, Дамо Судзуки, The Ex и прочими людьми со странностями. Помимо барабанщика имеются басист и саксофонист — и, собственно, все. Zu сочиняют фри-джаз, перемешанный с хеви-металом. Zu сопровождают музыкой документальный фильм про группировку итальянских сатанистов. Дикие, в общем, люди. Тем не менее новейший альбом по любым меркам — чрезвычайно сильная вещь.

Название диска переводится на русский как «каменноугольный» — и оно, в общем, дает представление о том, как этот диск звучит. Zu, чьи предыдущие пластинки складывались из напряженной тишины, внезапных всхлипов и прочих спонтанных проявлений, здесь играют, как руду добывают, — наотмашь, вгрызаясь в звук, беспощадно кромсая мелодическую породу. «Carboniferous» — гибрид ломового хардкора с авангардным джазом; всклокоченная музыка, целиком состоящая из острых углов и резких формулировок, — притом очень выверенная: на результаты безответственной импровизации это совсем не похо­же, как не похоже и на интеллигентские упражнения в стиле. Zu играют одновременно на территории лаконичного до истерики постметала (какой практикуется на лейбле Load), радикального прог-рока и Джона Зорна (который, к слову, их большой поклонник). Играют, но не заигрываются. Главное в «Carboniferous» — даже не забористая энергетика, но атмосфера: Zu похожи на ансамбль, сочиняющий мерный саундтрек к классическому итальянскому хоррору, если бы этот ансамбль вдруг поместили в пространство, где натуральным образом режут на части живых людей. В какой-то момент в дело вступает голос Майка Паттона, изображающий воскресших мертвецов, но он, в сущности, даже лишний: тут один саксофон в полной мере заменяет собой техасскую бензопилу. Все это не столько страшно, сколько красиво — так военный оператор фиксирует безжалостную реаль­ность, в первую очередь заботясь о том, как ­настроен фокус. Для полноты картины: второй трек на «Carboniferous» назы­вается «Chthonian».

© Афиша, Александр Горбачев


 К сожалению или к счастью, Шурик Горбачёв за меня уже всё сказал — первооткрывателем мне не быть. Могу лишь добавить, что это одно из самых сильных впечатлений от музыки за последние несколько месяцев (а, может, больше?). При сконцентрированном прослушивании альбома расширяются зрачки; ощущение ада в движении — ада механического, шестерёночного, тяжеловесного. Бас-гитара в напряжении, ударные перехлёстывают, перехлёстывают аккуратно, очерченно, по плану; баритон-саксофон же — как инопланетная форма жизни, как закипающий жидкий металл. Музыка живая, но исключительно плотная, жирная, озлобленная, охуевшая. Невозможно...