ППП
 Привет всем! С сегодняшнего дня я начинаю вести небольшую музыкальную колонку в... здесь! В этом журнале! Сперва я хотел назвать её «Провизия», но решил, что это несколько не соответствует тому духу, с которым я пишу и буду писать в своём журнале о музыке. Я решил назвать колонку иначе – «ППП», что в переводе с языка аббревиатур значит «Пять Пиздатых Пластинок». С некоторой регулярностью – раз в неделю, раз в две недели, раз в месяц – а, может, и вовсе без оной я буду писать про пять, как вы успели понять, пиздатых альбомов и, соответственно, делиться ими с вами. Иногда я буду писать коротко, иногда длинно; иногда о новых альбомах, иногда о старых. Делиться впечатлениями и рассказывать о музыке – наверное, одно из самых приятных занятий. Я надеюсь, что найдутся люди, которым это покажется интересным.



 Чё, любите по-исландски чистый воздух и извращенческую порнушку с низкорослыми японочками? Тогда держите нечто обратное – киргизский джаз! Не нужно смотреть ни на крошечные острова на Западе, ни на гигантские на Востоке – чудеса порой рождаются буквально в двух шагах от вас. Эльдар Джангиров – киргиз по национальности, но американец, как это обычно бывает с недооцененными на родине талантами, по гражданству. Эльдар Джангиров – пианист. Кому нужны факты, предоставляю: играл на церемонии вручения «Грэмми», номинировался на «Грэмми», издавался на «Sony». Кому нужны впечатления, тоже предоставляю: музыка воздушная, но на облака не похожая – совсем не тянется, не плетётся, не заставляет лежать на зелёной травке, глядя в небо; музыка, воздушная и шустрая, провоцирует на наивные и немного идиотские фантазии в духе Уолта Диснея: непременно хочется окрылиться и полететь вдоль городских улиц, маневрируя между фонарными столбами и домами, и чтобы при этом сквозь листья деревьев обязательно сочился солнечный свет, а в живописных парках цвела траква – прямо на глазах, как в ускоренной перемотке. Музыка весенняя, музыка летняя, музыка, на самом деле, внесезонная – но, определённо, хорошего настроения.

Скачать: «Re-imagination»


 Найджел Эванс – молодец. Его история демонстрирует, как, не пользуясь ни одним музыкальным инструментом, можно буквально вырисовывать или, точнее, кропотливо составлять хиты. Его первые записи были, грубо говоря, салатом из уже ранее созданных другими музыкантами вещей. Он резал плёнку, семплировал, сводил – а на выходе получалось совсем не техногенное молотилово, но нечто такое, будто бы целый фанковый оркестр принимал участие в записи: саксофон надрывался, выплёскивая звуки, бас был упруг и сочен, барабаны принуждали к танцам. Но факт эволюции имел своё место: на втором альбоме Эванс сам принялся играть на бас-гитаре и фортепьяно, на третьем – и вовсе запел. Хотя его записи зачастую и изобиловали вокалом, это, как правило, были вырванные откуда-либо семплы или приглашённые певицы. Третий альбом, «27 Devils», в плане таких коллабораций преуспел больше всего: две мадам, Шона Фостер и Сара Скотт, озвучили целых пять – надо признаться, пять самых скучных – композиций. Когда Эванс начинает заигрывать с соулом, он звучит невыносимо тошно и скучно – и если бы не потрясающие композиции «27 Devils», «Endless Things», «Flicker» и «Neckbone», я бы вряд ли стал упоминать сегодня этот альбом.

Скачать: «27 Devils», «Unfabulous» (1я часть и 2я часть) (второй альбом)

 Рэпняк любишь, читатель? Дело в том, что Ларик Сурапов рэпер, но рэпер не настоящий. При написании своих текстов он обращается не к творчеству чернокожих братьев и сородичей по крови, но скорее к фундаментальной статье Маяковского «Как делать стихи». Вместо агрессии – колкие рифмы и аллюзии, вместо жалоб на жизнь – попытки быть смешным и наивным. Что по музыке – так это старые советские синтезаторы (уже практически ставшие трендом у разных исполнителей), нелепые семплы, постоянный спотыкач, восьмибитки, лоу-фай и прочий дешевяк, преподнесённый, впрочем, с крайним умом.

 Я открыл для себя творчество Ларика Сурапова ещё до тех разгульных времён, когда о нём начали писать в «Афише» и «Собаке». Тогда ещё он циркулировал в кругах труёвых хип-хоперов, светился в совместных работах с Джиллией («Розовые очки от ferre») и вообще был немного невзрачен, нераспознан, так сказать, обществом. Из его краткой биографии помню, что он был ботаником и зубрилой, а когда начал заниматься рэпом, пробовал донести абстрактный хип-хоп до масс через «Фабрику Звёзд» – на каком-то этапе провалился, не взяли. По музыке был немного слабоват (хотя путь уже был выбран правильный), но вот тексты привлекали внимание сразу. Чем привлекали? Тем, что не были до конца понятны (зачастую вообще не были понятны), и в то же время тем, что звучали они крайне звонко, броско, ритмично и рифмованно – так, как будто бы одно слово отражалось от другого (в подробности поэтических приёмов можно вдаваться бесконечно, если у кого-то возникнет желание). По песням нельзя было понять, о чём конкретно «поёт» Ларик, но всегда можно было почувствовать некий оптимизм и праздность, душевный полупридурочный подъём. Но чем придурочней, чем наивней, тем и привлекательней. Кого сейчас интересуют эти нытики, которые постоянно жалуются на жизнь в России, на отсутствие бабла, на гопников, на депрессняк? Я о русских рэперах, конечно же.

 Писклявым (или гнусявым? не знаю даже, как правильно сказать) голосом Ларик Сурапов «поёт» свои песни. Именно что поёт, не читает – но это пение настолько бездарно, насколько и наивно. Я пел так в школах на уроках музыки, потому что иначе не мог – но меня никто и не учил петь иначе. Думаю, что и Ларика Сурапова никто не учил петь иначе, так как ему это и не нужно было – первостепенной в творчестве была цель привлечь к себе внимание, а чтецы и певцы зачастую звучат уже слишком привычно. Акцент был на стихах, положенных на хромоногую музыку, которая просто идеально соответствовала вокальным данным Ларика.

 «Будь добрым» звучит интересно. Наверное, я хотел бы услышать от Ларика Сурапова нечто инструментальное, потому что с семплами он работает крайне искусно, даже, не побоюсь этого слова, изящно. Лирика Ларика остаётся всё той же – завуалированным потоком сознания, когда в течение одной композиции автор охватывает чуть ли не десяток тем. Порой ключевым является не конкретная суть, но рифма, которая и диктует автору, о чём он скажет дальше. Это и радует, это и огорчает. Движение в пределах одной темы вдруг переводится в русло каких-то незначительных фактов, бессмысленных замечаний и просто словоблудия. Хочется утешать себя надеждами, что за всем этим кроется какой-то тайный смысл, но зачастую приходишь к мысли, что и это просто рифмы на пустом месте. Иногда это выглядит как забавный приём, но когда это пронизывает почти что каждую композицию, устаёшь. Потому что человеку свойственно гнаться за смыслом, а дадаизм, который так упорно отрицал Ларик Сурапов в своём первом альбоме («не Дада»), всё-таки захватывает в альбоме огромные просторы.

 Впрочем, совсем не хочу, чтобы вы сразу настраивались на негатив, слушая этот альбом. Я многое мог не расслышать. Несмотря на вышесказанное, зачастую Ларику очень легко удаётся передать одной складной и озорной фразой то, на что другие когда-то излили литры желчи и агрессии:

Так вот, думай своей головой, плюнь на секты
А то однажды проснёшься и поймёшь, что гомосек ты

Скачать: «Будь добрым» и «К. Света» (ЕП)


 Все мы прекрасно знаем Burial, и каждый, кто в теме, непременно успел скачать его последнюю ЕП «Moth / Wolf Cub», записанную совместно с Four Tet. Критика была разная да и друзья отзывались неоднозначно: кто-то категорично заявлял «хуйня, блять, полная», а кто-то заявлял то же самое, но позднее просекал фишку и уже не ломался как целка, а присоединялся к остальным, танцуя на собственном стуле перед монитором так же, как когда-то, услышав «The Eraser», танцевали фанаты Тома Йорка. Проблема в том, что необразованная чернь, принося жертвы к алтарю Бёриала, и понятия не имела о том, кто такой Four Tet. А этот человек ведь имеет историею подлиннее, чем Бёриал – хотя, может, и не столь интригующую. Эмигрировавший из Индии, Кирен Хебден выпустил пластинок эдак 5-6 при поддержки знаменитой конторки, именуемой «Domino» (хипстерам она должна быть знакома по релизам таких супер-групп, как Franz Ferdinand и Arctic Monkeys, ну а для всех остальных могу назвать такие имена, как Mouse On Mars, The Kills и Трики).

 Впрочем, ближе к делу. Про творчество Кирена Хебдена можно рассказывать очень много – но вряд ли я и сам могу похвастаться глубоким знакомством со всеми его пластинками. Историки поговаривают, что именно он был у журналистом первенцем, на определение творчества которого пал страшный термин «folktronica». То, о чём я буду говорить сейчас, отношения к фолктронике не имеет никакого вообще. Кирен Хебден – матёрый электронщик, но в своей музыке, кажется, всегда тяготел к имитации живых барабанов – послушать хотя бы пару работ с «Everything Ecstatic». В какой-то момент, видимо, подвернулась удача, да ещё какая: роль барабанщика стал играть Стив Рид. Кто такой Стив Рид? Я и сам не знал, кто такой Стив Рид – кто их запомнит, всех этих джазовых трубачей и пианистов. Но Стива Рида запомнить стоит хотя бы потому, что в далёких семидесятых он отстукивал барабанные партии у самого Майлза Девиса. Потом ещё выпустил два сольника и исчез. Вот тут говорят, что Портисхед отсутствовали долго – целых десять лет, но это мелочи – Стив Рид был в отпуске более двух десятков лет. Кто его знает, чем он занимался, но, вернувшись, он вступил в странный для шестидесятилетнего джазового барабанщика союз – с электронщиком. Были у них разные альбомы: сперва под именем Steve Reid Ensemble, когда наравне участвовали и джазовые саксофоны, и импровизационная электроника, затем уже, сократив всех остальных музыкантов, как Kieran Hebden & Steve Reid,. Каков же результат этой странной попытки смешать практически первородный американский джаз (точнее, творчество барабанщика, который занимался им) с новомодной интеллектуальной электроникой?

 Крайне разнообразный, местами тяжёлый в для восприятия, местами чересчур импровизационный, но, несомненно, интересный. И интересный даже порой не самой музыкой, но самим явлением: как так вообще получилось, как два человека с возрастной разницей в 36 лет занимаются совместным музицированием, находясь при этом в своих музыкальных пристрастиях практически на двух противоположных берегах? Как они придумывают, как приходят к компромиссу, как Стива Рида, чёрт возьми, не тошнит от глитчевых заиканий и практически полного отсутствия мелодизма? Я так много разглагольствовал, что совсем забыл об альбоме: он сырой, странный; кратковременными нападками звучит созерцательно и глубоко, но во многих местах ассоциации, скорее, сводятся к поломанным роботам, прессингу, станкам и чёрт знает чему. Такой музыки, казалось бы, сейчас полно, она повсюду, но с той лишь оговоркой, что в ней нет живых барабанов, как здесь, нет ощущения движущегося локомотива, если говорить метафорично. Любителям авангарда, звуковых структур и музыкальных раскопок, в общем, посвящается.

Скачать: «Tongues»


  «Institute Of Joy» – второй и скорее разочаровавший, нежели обрадовавший меня альбом A Mountain Of One. По крайней мере на первых порах и по крайней мере в сравнении с первым альбомом. Первый альбом критики вовсю сравнивали с творчеством группы The Studio, после первого альбома критики называли A Mountain Of One ещё одной группой (наряду со Studio), которая возобновляет традиции восьмидесятичного балеарика. Балеариком обозвали солнечную и безмятежную музыку, родившуюся на (что весьма логично!) балеарийских островах. Атмосфера отрешённости и свободы была главным отправным пунктом этого жанра.

 Но в отличие от Studio, которые, возобновляя балеарик, вполне способны сочинить и двухчастное электронное полотно длиной минут в 15, и безобидный почти поп-шлягер в духе, скажем, New Order, A Mountain Of One ударяются в серьёзную романтику: тут и яркие посылы к Pink Floyd, и гитарные мотивы в стиле Карлоса Сантаны, приумноженные, правда, на «восточность». Но главным в первом альбоме был элемент разнообразия: «Collected Works» как никак состоял из разных ЕП, выпущенных ранее, и оттого являл собой очень специфичный коктейль, в котором уживалась и наивная отрешённость, и номера, близкие к танцевальным, и почти что пост-роковые полотна, и какая-то манящая романтика звёздного неба.

 Манящая романтика звёздного неба – это всё, что осталось во втором альбоме. Pink Floyd, психоделик рок, старомодные гитарные запилы – ну очень красивые гитарные запилы. И хоть с точки зрения ожидания альбом не оправдан, отозваться о нём плохо получается с трудом. A Mountain Of One – выходит, ещё одна группа, взявшаяся эксплуатировать звучание прошлых лет. Другое дело то, что конкретно у них это получается.

Скачать: «Institute Of Joy», «Collected Works» (первый альбом)